— Нельзя внезапно стать дизайнером — это длительный процесс. Если я, спустя год в профессии скажу, что много умею — совру. Честно говоря, мой опыт до «Провинции» ограничивался теорией и нерешительными, корявыми попытками.

Моя работа в студии началась с наблюдения. Здесь меня приучили много смотреть. Сперва я искал картинки для визуальных брифов, потом стал вносить небольшие правки в готовые работы, следил за техническими моментами — менял цифры и адреса.

Стал замечать, что я жуткий Плюшкин, собираю кучу вещей, а избавляться от них не спешу. В какой-то момент их становится так много, что начинает угнетать, поэтому работать дома в последнее время мне стало тяжелее. А в студии классно: постоянно какие-то изменения, все очень динамично. У нас в плане перестановка столов — так что сейчас что-то еще поменяется. Всегда есть разница: сидеть лицом к стенке или лицом к окну… либо спиной к окну. Это круто, что нет чего-то закостенелого. Всё находится в движении, и мне это нравится.

Я вдохновляюсь обычными людьми. Мне интересно узнавать, как они делают классные работы. Наблюдая за их действиями, каждый раз убеждаюсь, что никакого секрета нет — это всего лишь ежедневное самосовершенствование в своем деле. Только благодаря этому ты можешь чего-то достичь. Мне хочется верить, что только мой собственный труд поможет мне стать хорошим профессионалом.

У нас отличная архитектура в исторической части города. В прошлом апреле наткнулся на здание – оно как раз было недалеко от нашего старого офиса. Как будто из старой Франции. Дядька, стоявший возле него, рассказал, что там базировались проститутки и раньше это был публичный дом. Когда что-то вызывает эмоцию, тогда и происходит влияние на среду. Похоже, это был тот самый случай.

У всех одни и те же проблемы, поэтому дизайн решает их во всех странах, разве что визуально это выглядит по-разному. Япония, например — очень специфическая нация, особенно в том, что касается продвижения их продукта, это уже совсем другая визуальная культура. Но я полагаю, что задачи решает те же самые.

— Хороший дизайн — это не только «хорошо выглядит», но и «хорошо работает». В первую очередь это касается сервисов и промышленного дизайна. Если дизайн помогает решить проблему, то он вызывает хорошие ощущения, если не решает, то какой бы он ни был красивый, толку от него немного.

Среда должна подталкивать людей к действиям. Люди всегда имеют какие-то микроцели, когда перемещаются по городу, и если окружение помогает им их реализовать, то это хорошо. Более того, уличное пространство обязано приглашать людей поучаствовать в общей жизни, избавлять от одиночества.

— До 15 лет я был уверен, что я самый не творческий человек, а к двадцати понял, что мне доступны вещи, недоступные тем людям, которых я считал творческими. В какой-то момент я просто понял, что для меня дизайн — это единственный выход. Больше заняться мне было нечем.

«У меня нет своего стиля», — думал я. Я не знал, где его взять, купить или вычитать. Я ничего не нашел, и казалось, что достиг своего потолка — на этом этапе многие сдаются.

Потом я пришел к осознанию того, что, не научившись смотреть вокруг, нельзя в дизайне делать что-то красивое, что-то свое. Научиться смотреть — значит почувствовать эстетику. Это умение есть в каждом из нас, но развить в себе этот навык и научиться выражать его очень сложно.

Я тогда пришел к мысли, что у графики есть свой звук. Не каждый может её услышать, слишком много шлака вокруг, но если через него прорваться, то можно уловить музыку каждой работы.

Инструменты, которые вы используете, формируют ваше пространство и ваш стиль. Тушь и кисть, например, очень крутые инструменты, которые могут зарядить вас.

— Создание брендов для городов — мировой тренд. Я думаю, это одно из следствий глобализации. Люди стали свободно перемещаться по миру, и города стали бороться за туристов. В России этот фактор отсутствует, отчизна — не самое популярное место для путешествий. Пока городской брендинг — это один из способов распила денег для небольших чиновников.

Мне доводилось принимать участие в проектах по брендингу городов и территорий. Я могу сказать, что клиент, заказавший проект, чаще всего не знает, как использовать полученный результат. Он не понимает, куда всё это пристроить, чтобы от этого была польза.

Дизайнер может жить в Бангладеш и делать великолепный дизайн, а может квартировать в Нью-Йорке и делать дизайн хуже. Для профессионала важна не сама среда, а спрос среды на его работу.

В России очень стерильный дизайн. Нам сложно делать классные вещи, потому что у нас нет своего графического языка. Раньше был, например, лубок, но сейчас это уже история.

Европейцы знают границы, и это накладывает ограничения, которые важны для дизайна. А Россия — слишком большая страна для дизайнеров. Пустое пространство нельзя просто так использовать, наша страна сильно разбросана, и это размывает все границы.

— Орнамент — не самостоятельная часть дизайна, он сильно привязан к объекту оформления. Идеи приходят по-разному, когда сам объект подсказывает, когда рождается из инструмента, которым рисуешь. Ну и, конечно, из природы. Мне кажется, что актуальность природных мотивов не угасала на пути всей истории искусства и дизайна.

Среда абсолютно всегда оказывает влияние на готовую работу. Например, самый простой орнамент — полоса.

В данном случае, человек, носящий одежду с этим орнаментом и является средой, влияющей на его восприятие.

Если говорить про орнаменты, то есть отличия между работами дизайнеров из различных стран, самое важное из них — в востребованности продукции и выход на международный рынок.

— Дизайн слишком много влияет на окружающую среду. Нам же нужно позволить среде влиять на дизайн. Я бы предпочёл, например, чтобы старые здания реконструировали, а не сносили, отдавая освободившиеся площади новостройкам.

Мне кажется, что классные вещи происходят в больших городах, потому что там концентрация творческих людей, которые постоянно вдохновляют друг друга, выше. Тем не менее, я считаю, что стоящие работы появляются и в маленьких городах где-нибудь на Среднем Западе, потому что там есть люди, которые делают уникальные вещи, не следуя современным тенденциям, тем самым создавая собственные. А потом тренды, созданные трудолюбивыми провинциальными студиями, захватывают города.

В любом случае, я думаю, всегда нужен необычный подход. Заставляйте людей улыбаться: их действия показывают больше, чем их слова. Некоторые люди говорят, что хотят чего-то, но никогда не сделают этого. Это может быть потому, что они и правда этого не хотят или хотят, но у них нет такой возможности в этой среде. Постоянный диалог с потребителем и наблюдение за действиями людей — вот что необходимо, чтобы создавать работы, которые будут заметны в этом сумасшедшем мире.

В прошлом году мы помогали создавать бренд для городского проекта Омахи. Это было очень важно для нас и стало огромным достижением. Все выглядело так, будто дизайн делала по-настоящему большая компания. Участвуя в проекте, мы хотели обратить внимание на историю города (все, что происходит в прошлом — всегда хороший опыт) и на истории людей, которые в нем живут. Нужно было переосмыслить то, как используются улицы города, и как это может принести пользу людям. Мы считаем, что мир создан не для автомобилей и зданий, а для того, чтобы люди становились сообществом. Если для этого нужно больше зеленых насаждений, велосипедных дорожек и баскетбольных площадок, то надо отдавать им больше пространства. Горожанам необходимы вещи, которые помогают им расти и совершенствоваться.

Дизайн — это способ выражать свое состояние визуально. Это пропитывает всю нашу жизнь: от того как организованы прилежащие к вашему дому окрестности до отдельного ресторана, парковки, книжного магазина — всего того, что помогает делать местное сообщество уникальным.